WWW.MASH.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - онлайн публикации
 

«конференции языковедов (26-27 апреля 2007 года). Махачкала, 2007. С. 99-102. СЕМАНТИКА И ПРОИСХОЖДЕНИЕ ВРЕМЕННОЙ ФОРМЫ НА -ГУНА // -ГУНИ // -ГАНА В АГУЛЬСКОМ ЯЗЫКЕ Майсак Т. А. Институт ...»

Майсак Т.А. Семантика и происхождение временной формы на -гуна / -гуни / -гана в агульском языке

// Контенсивная типология естественных языков. Материалы международной научно-практической

конференции языковедов (26-27 апреля 2007 года). Махачкала, 2007. С. 99-102 .

СЕМАНТИКА И ПРОИСХОЖДЕНИЕ ВРЕМЕННОЙ ФОРМЫ

НА -ГУНА // -ГУНИ // -ГАНА В АГУЛЬСКОМ ЯЗЫКЕ

Майсак Т. А .

Институт языкознания РАН (Москва)

Одной из наиболее частотных обстоятельственных форм глагола в агульском языке, отмечаемой всеми исследователями [Дирр 1907: 51; Шаумян 1941:

99; Магометов 1970: 152-153; Сулейманов 1993: 155-156], является форма с неотделимым суффиксом -гуна // -гуни // -гана (разные варианты представлены в разных диалектах; ниже в примерах диалект указывается в скобках). При образовании от основы совершенного вида эта форма описывает ситуацию, предшествующую главной ситуации, ср.: ВагIав акьу-гуни, аринай те гада ‘когда позвали, пришел тот парень’ (буркиханский); Гада агу-гуна, агъайе ми: фидахIан батIар гада ‘когда она увидела парня, говорит: какой красивый парень!’ (хпюкский). При образовании от основы несовершенного вида, а также от стативных глаголов, форма задает временной интервал, в рамках которого осуществляется ситуация, описываемая главным глаголом, ср.: Тисаас хъуха-гуна IуькIер, хъучархьуне захъ Насир ‘когда я везла оттуда сено, догнал меня Насир’ (хпюкский) или Сергиккалади айи-гана, балницадиъ архьуни зун ‘когда я был в Сергокале, я попал в больницу’ (фитинский) .

Помимо временнго, данная форма может иметь и причинное значение, ср.: Че дад-на че адад хIа-гуна, адине че адда хулас ‘поскольку (он) знал нашего отца и дядю, пришел в дом нашего дяди’ или Зун армис гIвастти, цIикIинар акьуне зас, зе хулаъ куьмек адава-гуна ‘перед тем, как пойти в армию, мне сыграли свадьбу, так как у нас дома помощников не было’ (хпюкский) .

Тот же суффикс -гуна // -гуни // -гана представлен и в формах, производных от основ указательных местоимений — эти формы также имеют как чисто временне значение (‘тогда, в то время’), так и причинное (‘поэтому, из-за этого’): ср. Зун армиъ айи те-гуна ‘я тогда в армии был’ (хпюкский); Гьалиштти Iумурар хинав ти-гана ‘вот так тогда проходила жизнь’ (буршагский);

Гьале-гуни халкьар исалас ис хIарариъ чIукь вагIриа ‘{Многие сейчас уезжают из села.} Поэтому народу в селах год от года всё меньше’ (буркиханский) .

Этимология показателя -гуна // -гуни // -гана в упомянутых грамматических описаниях агульского языка не рассматривается, однако некоторые соображения по данному поводу можно найти в сравнительно-исторических работах по языкам лезгинской группы. Так, в лезгинском разделе базы данных по северокавказской реконструкции С. А. Старостина и С. Л. Николаева имеется праформа *-kVnV / -k:VnV, представленная в современных языках такими служебными морфемами, как агульское -gana, -guna, -guni, рутульские -kun и

-kun-ki (условная и уступительная форма), а также удинское -gi-n (условное наклонение)1. Другая точка зрения высказывается М. Е. Алексеевым, который отмечает, что среди пралезгинских деепричастий с некоторой долей вероятности может быть восстановлена форма на *кка, к которой «могут восходить таб .

-ган, агул. -гана, рут. -га, выражающие одновременность действия, ср. рут. мишет ма’ зас кагъад кирхье-га ‘не мешай мне, письмо пишу-когда’ (элементы -н,

-на в табасаранском и агульском могут восходить к союзной частице). В качестве внешней параллели данному аффиксу можно привести хин. -га в наречиях типа микIил-га ‘вечером’, аьстти-га ‘утром’» [Алексеев 1985: 103] .





С нашей точки зрения, сопоставление агульских показателей с рутульским условным суффиксом -kun и удинским -gi-n (в последнем случае -n является к тому же личным показателем, а не частью той же морфемы) ни семантически, ни формально не оправданно. Что же касается связи агульского -гуна // -гуни //

-гана и близких по значению форм -ган и -га в табасаранском, рутульском и хиналугском, то такая связь вполне возможна, хотя общность между этими поСм. http://starling.rinet.ru; в печатную версию северокавказского этимологического словаря [Nikolayev, Starostin 1994] данный словарный вход не вошел .

казателями вряд ли может достигать глубины пралезгинского уровня. Для того, чтобы показать это, попробуем для начала провести «внутреннюю реконструкцию» суффикса -гуна // -гуни // -гана, оставаясь в рамках агульских диалектов .

Как известно, основным материалом для аффиксальных морфем являются лексические единицы, которые в составе определенных синтаксических конструкций теряют автономность, морфологизуются и со временем могут утратить сколько-нибудь заметную связь с источником2. В современных агульских диалектах лексической единицы, которая бы явным образом могла претендовать на то, чтобы быть источником показателя -гуна // -гуни // -гана, как будто нет .

Сходство с данным аффиксом проявляет деепричастие совершенного вида глагола агвас ‘видеть’ (ср. агуна ‘увидев’), однако семантическая связь между ‘увидев’ и значением аффикса далеко не очевидна, а кроме того, некоторые диалектные варианты аффикса (-гана, -гуни) не подходят в данном случае и фонетически. Поэтому постараемся понять на основе данных о дистрибуции показателя -гуна // -гуни // -гана, единица какого именно лексического класса теоретически могла бы лежать в его основе .

Во-первых, показатель -гуна // -гуни // -гана присоединяется к основам, которые за вычетом данного показателя выступают в функции определения к имени. Для глаголов это обычные причастия совершенного и несовершенного видов, ср.: гъархьу-гуна ‘когда уснул’ ~ гъархьу шуьнуькк ‘уснувший ребенок’, хъайе-гуна ‘когда/потому что имел’ ~ хъайе китабар ‘имеющиеся книги’. Для демонстративов это немаркированные формы, также выступающие как определения, ср.: те-гуна ‘тогда’ ~ те китаб ‘та книга’, и т.п .

Во-вторых, показатель -гуна // -гуни // -гана в некоторых случаях используется с падежными показатели, чаще всего с показателем датива -с как со значением ‘в то время’, так и со значением ‘до того, как’, ср.: Ливай-гана-с гьамиштти сеI къизиларин аваркинав тиндис ‘когда посмотрел, вот так нашел он мерСр., например, русскую частицу мол, восходящую к глаголу молвить, или клитику «вежливости» -с (в высказываниях типа да-с, извольте-с и т.п.), источником которой послужило обращение сударь .

ку золота’ (буршагский), Чика-чикад гибури джуваб ицIа-гана-с, гъайишулаха джуваб ина гиди ‘быстренько, пока те не дали ответа, он ответил’ (фитинский) .

Еще один случай представлен формой в постэлативе с наречием/послелогом хаб ‘сзади, после’, ср.: Гьале даралас те-гуна-хъас хаб гадайи дар пуна ттур инаа ‘с тех пор {как мальчик превратился в дерево} это дерево называют деревом мальчика’ (хпюкский). Наконец, более редкий, но также зафиксированный случай — использование временнй формы в генитиве в функции определения (‘тогдашний, относящийся к тому времени’), ср.: ти-гана-н арми Зулкьанай ккай ‘человек тех времен по имени Зулканай’ (буршагский) .

Названные факты (присоединение к атрибутивным основам и возможность присоединения падежных показателей) практически однозначно указывают на то, что лексическим источником показателя -гуна // -гуни // -гана должно было быть имя существительное. Учитывая семантику глагольных и местоименных форм на -гуна // -гуни // -гана, которые означают ‘в период, когда/после того как имело место Р’ либо ‘тогда, в то время’, в роли такого существительного можно ожидать достаточно нейтральное временне слово со значением ‘время, период’. Наиболее вероятная исходная конструкция — это «во время + определение (причастие или местоимение), конкретизирующее период времени» .

С точки зрения агульской грамматики конструкция подобного рода не только вполне нормальна, но и частотна — основное слово со значением ‘время’, широко распространенное по всему ареалу арабское заимствование вахтт, свободно используется с определением-причастием, ср. примеры из хпюкского диалекта: яцар гулу вахттуна ‘когда быки потерялись’, хабар рушу вахттуна ‘когда (его) спросили’, ихпп угъу вахттуна ‘когда выпал снег’ с причастием совершенного вида, а также шкколи руха вахттуна ‘когда (я) учился в школе’, галу айе вахттуна ‘когда (я) находился на кутане’ с причастием несовершенного вида либо стативного глагола. То же относится и к конструкции с указательным местоимением, которая, кстати, также может иметь не только временное значение, но и причинное, ср.: Машинар айефттава те вахттуна ‘машин в то время не было’ и Гьале вахттуна гьагисалди гIвайа ‘{Это священное место.} Поэтому туда приходят (люди)’ .

С типологической точки зрения развитие существительного ‘время’ в союз или другой показатель подчинения со значенем ‘когда’, опять же, никак не является необычным и засвидетельствовано во многих языках мира (см. данные по языкам разных семей в справочнике [Heine, Kuteva 2002: 298-299]) .

Заметим, что при указании на период времени, в который имеет место ситуация (‘в такое-то время’), существительное вахтт используется в эргативе, что для дагестанских языков в целом вполне типично. При этом косвенная основа данного слова — -уна, -уни или -на — идентична рассматриваемому нами аффиксу деепричастия, за вычетом первого -г-: ср. керенское и хпюкское -гуна ~ вахтт-уна, буркиханское и цирхинское -гуни ~ вахтт-уни, буршагское -гана ~ вахтт-на; в тпигском имеются варианты -гуна ~ вахтт-уна / вахтт-уни, и только в фитинском несоответствие -гана ~ вахтт-уни, которое может объясняться кошанским влиянием .

Таким образом, продолжая нашу линию аргументации, мы можем предположить, что показатель -гуна // -гуни // -гана представляет собой именно морфологизованный эргатив либо инэссив вышедшего из употребления существительного ‘время’ (с корнем, содержащим -г-), имевшего тот же тип косвенной основы на -уна // -уни // -на. В формах типа -ганас или -гунахъас зафиксированы, соответственно, другие падежи того же слова. Единственное, что осталось установить, это имеются ли какие-то другие следы данного слова в агульском или близкородственных языках — и, как кажется, очевидным кандидатом является слово гагь ‘время, период’, используемое в современных диалектах достаточно редко (ср. хпюкское ппара гагь амеа ‘есть еще много времени’). Это слово персидского происхождения, которое, по-видимому, вышло из употребления ввиду большого скопления синонимов в зоне слов времени (ср. близкие по значению арабизмы вахтт, заман, вагIда, девур ‘время, эпоха’), однако ничто не могло помешать ему на более раннем этапе быть морфологизованным в качестве показателя ‘когда’ в форме эргатива (возможно, инэссива).3 В качестве исходной формы косвенной основы ожидалось бы гагь-уна // гагь-уни, одПоскольку данное слово заимствовано и в другие лезгинские языки, аналогичные временные показатели типа упоминавшихся выше табасаранского -ган и рутульского и хиналугского -га, вполне вероятно, также восходят к гагь (в рутульском и хиналугском — к форме номинатива, с утратой конечного -гь)4 .

Пралезгинскими, безусловно, данные показатели быть не могут, т.к. само слово гагь могло быть заимствовано только из средне- или новоперсидского языка, т.е. заведомо не раньше III в. н.э.; см. [Эфендиев 2003: 25 и сл.] .

Всё это еще раз показывает, что общие (в т.ч. и морфологически) явления родственных языков не обязательно берут свое начало на праязыковом уровне, но могут и являться результатом позднего и во многом независимого развития .

Литература Алексеев М. Е. Вопросы сравнительно-исторической грамматики лезгинских языков .

Морфология. Синтаксис. М., 1985 .

Генко А. Н. Табасаранско-русский словарь. М., 2005 .

Дирр А. Агульский язык // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. Вып. 37. Тифлис, 1907 .

Магометов А. А. Агульский язык: Исследования и тексты. Тбилиси, 1970 .

Сулейманов Н. Д. Сравнительно-историческое исследование диалектов агульского языка. Махачкала, 1993 .

Ханмагомедов Б. Г.-К. Очерки по синтаксису табасаранского языка. Махачкала, 1970 .

Шаумян Р. М. Грамматический очерк агульского языка. М.–Л., 1941 .

Эфендиев И. И. Персидская лексика в нахско-дагестанских языках. М., 2003 .

Heine B., Kuteva T. World lexicon of grammaticalization. Cambridge: Cambridge University Press, 2002 .

Nikolayev S.L., Starostin S.A. A North Caucasian etymological dictionary. Moscow, 1994 .

нако интервокальный -гь- вполне мог выпасть, ср. приводимые А. Н. Генко варианты падежей для слова гагь ‘срок, время (мало употр.)’ в табасаранском: му га(гь)наъ ‘в это время’, саб га(гь)наъ ‘когда-то’ [Генко 2005: 35] .

Гипотеза о связи табасаранского аффикса -ган ‘когда’ со словом гагь ‘время’ высказывается также в работе [Ханмагомедов 1970: 137] .






Похожие работы:

«Арбитражный суд Челябинской области Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ г.Челябинск 04 июля 2012 года Дело №А76-4253/2012 Арбитражный суд Челябинской области под председательством судьи Бастена Д.А., судей Костылева И.В., Нако...»

«М. А. Бобрик Языковая правка четьего текста Евангелия от Матфея перед изданием Елизаветинской библии 1751 года (по материалам синодального архива) 1. Последним этапом долгого и "многотрудного" процесса исправления четьей Библии, предпринятого в первой половине XVIII века, была правка 1750—1751 годов, непосредственно предшес...»

«Р. Бендлер, Вилл Макдональд РУКОВОДСТВО ПО СУБМОДАЛЬНОСТЯМ www.codenlp.ru ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА Все материалы, включенные в эту книгу, основаны на работе Ричарда Бэндлера. Ричард и его учение напоминает мне отрывок из Дао дэ цзин: Мудрец не накапливает. Даруя все, что он имеет, другим, он имеет...»

«142 НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ | ' д| Серия Гуманитарные науки. 2011.№ 24 (119). Выпуск 12 УДК 811.161.11 ПРОБЛЕМАТИКА СОВРЕМЕННОГО ТЕОРЕТИЧЕСКОГО ТЕРМИНОВЕДЕНИЯ, ДОСТИЖЕНИЯ И НЕДОСТАТКИ ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ В статье проанализ...»

«ISSN 2410-3489 Ежеквартальный рецензируемый, реферируемый научный журнал "Вестник АГУ". Выпуск 2 (177) 2016 УДК 791.43 ББК 85.37 К 14 Казакова Н.Ю. Кандидат филологических наук, магистр дизайна кафедры "Дизайн среды" Московского государственного университета дизайна и технологии, e-mail: temporaryuse@mail.ru Основные принципы р...»

«Ю. Г. Хазанкович. Русскоязычная проза малочисленных народов Севера для иностранных учащихся УДК 821.56.09 РУССКОЯЗЫЧНАЯ ПРОЗА МАЛОЧИСЛЕННЫХ НАРОДОВ СЕВЕРА ДЛЯ ИНОСТРАННЫХ УЧАЩИХСЯ © Хазанкович Юлия Генн...»

«Т.А. Голованева, А.А. Мальцева Вариант сказки "Куткынняку и мыши" в записи от Александры Алексеевны Симоновой Аннотация. Данная публикация представляет собой расшифровку аудиозаписи известной корякской мифологической сказки. Текст состоит из оригинального текста на корякском языке, перевод...»







 
2019 www.mash.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - онлайн публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.